Во фразе Редьярда Киплинга: «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе они не пойдут» целиком раскрылось рациональное, англосаксонское отношение вообще к проблеме инаковости. Глаголы «есть», «не пойдут» как бы подчеркивают особенности западного, экспансивного сознания, в котором важны Причина, Начало и Цель.
В языке «хинди» временные понятия «завтра» И «вчера» звучат одинаково, реальное «настоящее» длится вечно. Эти ментальные различия в ощущении метра,** времени и пространства как бы оберегают экологию глобальных идей «Запад – Восток», служа постоянным источником эмоциональных и рациональных экспериментов в области культуры и философии с обеих сторон.
Увлечение Востоком периодически возникало в Европе на протяжении XIX и ХХ веков. В каждой европейской стране было свое ощущение Востока. В Испании это вылилось в драматичный диалог с устойчивыми традициями африканского Марокко; во Франции и Англии оказались притягательными пластические идеи Японии и Китая. В русской культуре были популярны стилистические и сюжетные мотивы Центральной Азии и Среднего Востока.
Одними из самых ярких явлений русского ориентализма XIX века были творчество художников В.Верещагина, А.Орловского, музыкальные произведения М.Глинки, И.Бородина, Н.Римского-Корсакова. В их творениях тема Востока сочетала в себе историческую и этнографическую точность с глубоким проникновением в духовную среду.
В конце XIX – начале ХХ века ориентальные тенденции обрели стилистическое разнообразие. Неординарно в этом плане выглядело творчество Павла Кузнецова. Его эскизная, легкая манера способствовала воссозданию наивного сознания кочевников, гармонично пребывавших в космическом теле мироздания.
К «русскому ориентализму» начала ХХ века можно отнести эклектичное творчество среднеазиатского мастера Усто Мумина. В его темперных притчах самым причудливым образом переплелись традиции иранской миниатюры и приемы академической живописи.
Благодаря деятельности Н. Рериха «русский ориентализм» пере рос свои национальные и тематические рамки, став философской, визуальной концепцией мирового духовного учения.
В советский период ориентальная тема развивалась в нескольких направлениях, начиная от программного создания национальных школ и заканчивая творческими командировками российских художников по Средней Азии и Казахстану. Постепенно у многих живописцев и графиков собрались живописные, графические серии на ориентальную тему, в которых наряду с историко’-этнографической задачей решались пластические проблемы пленэрной живописи.
Довольно своеобразно выглядит современный «русский ориентализм» рубежа ХХ и XXI веков. В отличие от предыдущего реалистического периода, акцентировавшего внимание на бытовом и этнографическом аспектах, в нем возрождаются романтические тенденции «экзотической живописи», сосредоточенной на выявлении контрастных визуальных качеств предмета изображения.
По сравнению с другими, менее рельефными направлениями в художественной жизни дореформенной и постреформенной России, «современный русский ориентализм» несет в себе ряд характерных, противоречивых качеств, содержащих в себе художественный потенциал.
Так, при его в целом локальном характере, он лишен ксенофобных тенденций. Это способствует воз-
*Н.Бердяев, Самопознание, М.1991 г.
Сложен и интересен путь Н. С. Трошина – художника, человека, ровесника XX века, В его творчестве как в зеркале отразился определенный пласт истории искусства нашей страны. Вероятно, ни в одной цивилизованной стране мира судьба творческого человека XX века не находилась в такой прямой зависимости от государства, как в нашей. И только присущая Николаю Степановичу вера в светлое завтра, его внутренняя свобода, раскрепощенность, неуемная творческая сила, мастерство и талант помогли создать неповторимый мир, где темы трагических реалий перекликаются с праздниками цвета и красоты, которые он пронес через всю свою творческую жизнь.